26 ноября 2022
Кишинэу
Диалоги

Сергей ШТЕПА: “В онкологии фактор времени играет огромную роль. Делаем, что можем, тем, чем располагаем”

Loading
Диалоги Сергей ШТЕПА: “В онкологии фактор времени играет огромную роль. Делаем, что можем, тем, чем располагаем”
stepa

Фото: vocea.md

Интервью с заместителем директора ПМСУ Института онкологии, специалистом онкопроктологической хирургии, доктором медицины, конференциаром-исследователем Сергеем ШТЕПОЙ

 

 

— Господин доктор, практически нет семьи в нашей стране, в кото­рой бы кто-то не пострадал от рака. Какова эволюция, что говорит ста­тистика?

— Рак нельзя воспринимать как враже­ский удар необратимой судьбы, а как ре­зультат многочисленных и, к сожалению, неизвестных ошибок, которые мы совер­шаем в течение долгих лет изо дня в день до тех пор, пока организм не сдастся. Воз­никновение болезни вызвано рядом физи­ческих, химических и генетических факто­ров. Если говорить о населении Республи­ки Молдова, то можно сказать, что у нас есть много семей с предрасположенностью к этой болезни. Были случаи, когда вся се­мья лечилась от рака: дедушка, отец и двое сыновей.

— Статистика прискорбная?

— В 2008 году, то есть пять лет назад, на учет были поставлены 7 607 первичных больных. В 2012 г. мы зарегистрировали 8 204 пациента. На 100 000 граждан Мол­довы смертность от рака в прошлом году составила 230, 5. Главная причина — позд­нее выявление болезни. В случае онколо­гических заболеваний результат лечения зависит от момента обнаружения опухо­ли. Лишь 15 % больных мы диагностируем на ранней стадии, 22 % — на второй стадии. 25% — приходят к нам с последней стадией рака, когда прогнозы малоутешительные. Ежегодно число новых пациентов с раком на последней стадии растет на 150 – 200 новых случаев.

— Назовите основные локализа­ции?

— Первое место с 2007 г. занимает ко­лоректальный рак. В прошлом году были взяты на учет 1004 пациента. Следующий в списке – рак молочной железы, на тре­тьем месте — рак легких, затем следуют рак кожи, гемобластозы (лейкемия) и рак же­лудка.

— Создается впечатление, что у нас люди умирают от рака больше, чем где-либо.

— Смертность высокая. Ежегодно в Мол­дове эта цифра достигает более 5000 чело­век. (5 734 — только за 2012 г.).

— А можете назвать цифры, кото­рые все-таки вселяют надежду?

— Критерий эффективности системы — это выживаемость. И хотя половина па­циентов обращаются к нам, находясь уже в продвинутых стадиях болезни, 5-летняя выживаемость составляет 49%. Другим критерием является превалентность, что означает общее число лиц больных раком, которые живут в течение данного года, то есть все те, чья жизнь отмечена раком. Данный показатель растет. Если в 2008 году в Республике Молдова было 42 000 человек диагностированных раком и про­шедших лечение, то в прошлом году было почти 48 000. Это говорит об удовлетвори­тельном лечении. Было бы хорошо выяв­лять болезнь на начальной стадии.

— Все чаще появляется информа­ция о том, что ученые разработали профилактическую или лечебную вакцину, позволяющую лечить рак на ранних стадиях. Как вы проком­ментируете?

— В основе развития каждой опухоли лежат фоновые и предраковые заболева­ния. Если мы будем хорошо лечить пред­раковые заболевания, то риск возникнове­ния рака снижается. Например, колорек­тальная аденома неминуемо ведет к раку в течение 3-5 лет. Что нужно сделать? Ба­нальную колоноскопию с нехирургиче­ским удалением этой аденомы. Точно так же нужно поступать и в случае атрофиче­ских гастритах и др. Вакцины, предохраня­ющей на 100% от рака, в настоящее вре­мя не существует. Началась иммунизация несовершеннолетних девочек от рака шей­ки матки.

 

g_dialoguri

То есть, поменьше мясных блюд и майонеза, побольше фруктов, овощей и… гармонии

 

— Назовите самую сильную школу, изучающую эту болезнь века.

— Онкология без науки, без капиталь­ных вложений не может справиться с си­туацией. США, Германия, Франция изуча­ют эту болезнь на геномном, генетическом уровне. У нас таких возможностей нет и не потому, что мы некомпетентны, а потому, что не располагаем адекватным финанси­рованием. Мы рады справиться хотя бы с лечением. Сравнительная динамика в фи­нансировании системы здравоохранения, в 90-х годах мы оперировали с гаранти­рованным минимумом (около 98 банов на человека), с внедрением обязательно­го медицинского страхования в 2004 г., не­смотря на огромное количество «бумаги» и кабинетной работы, мы полностью обе­спечены лекарствами. Практически сегод­ня пациент ничего не покупает.

Вспоминаю пожилую женщину, кото­рая спросила, сколько это будет стоить (список лекарств)? Мы не имели права пи­сать цены. Пришла обратно с аптеки и го­ворит: «Сказали, что это будет стоить 1600 леев, а у меня только 1000, которую я хра­ню на похороны». Такая была ситуация.

— То есть сейчас лечение этих боль­ных бесплатное и Институт онко­логии оснащен всем необходимым для обеспечения надлежащего ле­чения этим людям. Но в народе хо­дят слухи об определенных сбо­рах….

— Не может медицина быть социалисти­ческой в стране, развивающейся по капи­талистическим экономическим отноше­ниям. Все медицинские учреждения яв­ляются некоммерческими. Те, кто приез­жает из-за рубежа к нам лечиться, смеют­ся над нашими ценами. Они очень низкие. Невозможно оказывать высококвалифи­цированные услуги по ничтожным ценам. Ежегодно фармацевтические компании производят все новые и новые противоо­пухолевые препараты. Они дорогие. У нас есть возможность лечить пациентов совре­менными средствами, но не во всех слу­чаях последнего поколения. Даже бюдже­та страны было бы недостаточно. Поэтому используются методы лечения, приемле­мые по стоимости и качеству. Онкология – область, где невозможно занять очередь на передовое лечение, как в случае пересадки сердца.

Здесь фактор времени играет огромную роль. Делаем, что можем, тем, чем распо­лагаем.

— Я понимаю, что симптомы раз­ные, но при каких «звоночках» лю­дям нужно обращаться в Институт онкологии?

— К нам приходят люди и спрашивают: «Доктор, какие мне сдать анализы, чтобы убедиться, что у меня нет рака?». Нет та­ких анализов, которые бы выявляли зло­качественную опухоль в организме. Мы можем лишь предполагать на основе боль­шого спектра анализов, что что-то не в по­рядке. Нужно самим чувствовать свой ор­ганизм и не ставить заботу о своем здоро­вье на последнее место.

— Какие профилактические меры от этого заболевания?

— В Венгрии, например, минимизирова­ли выявление рака груди на поздних ста­диях лишь потому, что продвигалась на­циональная политика самопальпации и самовыявления. Каждая женщина утром перед зеркалом прощупывала свои мо­лочные железы. Ежегодная профилак­тическая проверка даже не обсуждалась, а у нас это до сих пор не стало нормой. Профилактика рака простая: здоровая пища, сон, психологическая гармония, избегание стресса. Наши люди стали то-ропливы, угрюмы и озабочены. Забывают радоваться жизни. И это идеальный фон для раковых клеток.

— Говорят, что вода в Молдове мо­жет способствовать образованию опухоли. Не меньше обвиняют Чернобыль … хотя продолжитель­ность жизни в 80-90 лет у японцев, переживших Херосиму, а недавно Фукусиму, свидетельствует об об­ратном….Что же это может быть?

— Существует много гипотез «откуда и как?». Но мало исследований, приводя­щих достаточные аргументы. Мы стали потребительским обществом, экономим время на приготовление пищи и деньги на производство. Моя бабушка все лето выра­щивала цыплят, чтобы затем приготовить блюдо из курицы или петуха на праздник. Сейчас курица, инъецированная разны-ми гормонами, оказывается на нашем сто­ле в течение одного, двух месяцев. В то же время наши дома покрыты шифером, ко­торый является канцерогенным, это науч­но доказано. Чернобыль? Да, он оставил свой след.

— Господин конференциар, позво-ляет ли вам зарплата повы­шать свою квалификацию, с удо-вольствием заниматься любимым делом?

— Когда я бываю за рубежом и называю размер своей зарплаты, меня спрашива­ют: «Это за час работы?». Я беседовал на тренинге с главным онкологом Швейца­рии Франко Кавалли. Когда он обратился к профсоюзам по поводу повышения зар­платы, то признался, что получает около 20 000 евро в месяц, но ему этого не хва­тает. Он сказал, что накопил столько зна­ний, столько опыта, что было бы эгоистич­ным не поделиться всем этим. Было бы хо­рошо, чтобы наши врачи получали хотя бы 20 000 леев в месяц. Немецкий хирург не имеет права садиться за руль в день опе­рации. У нас хирург может вечером копать свой огород, а ночью его срочно вызовут в операционный зал.

— За годы многолетней деятельно­сти, что для вас было самым труд­ным принять?

— Трудно смотреть в глаза тем, у кого нет шансов, кто смотрит на нас, врачей, как на Бога. Но мы не Боги. Мы люди, такие же, как и они. Мы можем лишь выполнять свою работу в пределах возможностей си­стемы и личных способностей.

 

Беседу вела Люба Лупашко

 

  
Читайте нас в Facebook
Комментарии
0
Обсудить
Читайте также
Situs sbobet resmi terpercaya. Daftar situs slot online gacor resmi terbaik. Agen situs judi bola resmi terpercaya. Situs idn poker online resmi. Agen situs idn poker online resmi terpercaya. Situs idn poker terpercaya.

situs idn poker terbesar di Indonesia.

List website idn poker terbaik.

Kunjungi situs mpo slot online terpercaya

Kunjungi Situs slot mpo online terbaik Indonesia.

Situs agen slot terpercaya dan resmi

slot hoki gacor