Тудор РОШКА: «Приятно видеть после нашей уборки чистые улицы города»

Фото: vocea.md

Тудор Рошка — водитель 1-го класса. Работает на муниципальном предприятии «Regia Autosalubritate» уже 40 лет. 15 последних лет он — за рулем спецмашины марки «Мерседес», сконструированной для сбора и вывоза мусора. Да, именно той большой, оранжевой машины, что подъезжает ежедневно к каждому дому города Кишинева и освобождает наши улицы от накопившегося мусора.

Тудор говорит, что оглянуться не успел, как пенсия подошла. В следующем году уже по закону он имеет право на нее. Но уходить не намерен – к работе привык, да и пенсия не столь велика, чтобы мож­но было беспечно радоваться ей. А поза­ботиться есть о ком – большая семья. Его гордость — две маленькие внучки, которые знают, что «дед делает хорошую работу». И самое главное его желание – это чтобы здоровье позволяло работать и содержать семью.

Специфика работы

На предприятии Тудор Рошка прора­ботал, получается, всю свою трудовую жизнь. На нем оказался, да и в профес­сии тоже, почти случайно. Он проходил службу в Военно-морском флоте, среди постоянных его собеседников были води­тели. Очевидно, общение с ними подвиг­ло его к выбору профессии — после служ­бы Тудор Рошка пошел учиться в автош­колу в Теленештах. А односельчанин, ко­торый как раз работал на предприятии са­ночистки в Кишиневе, предложил: «При­ходи к нам, здесь тебя ознакомят с рабо­той, натренируют». И Тудор согласился. Почему нет, подумал он, если предлагают, тем более что молодым специалистам без стажа и навыков работы и тогда нелегко было устроиться. А тут — сразу же общежи­тие дали, да и в целом хорошо отнеслись к новому работнику.

«Были созданы хорошие условия, — вспоминает он. — На море отдыхать каж­дый год ездили. Постоянно по работе вни­мание обращали как на молодого специ­алиста. Мне понравилось, и вот так я и остался. И по сегодняшний день не жалею об этом».

Низкий уровень культуры значительно усложняет труд работников городской службы саночистки

Впрочем, подумать о другом выборе – профессии, места работы – у Тудора Рошки никогда не было времени, настолько жест­кий график на предприятии. «Не помню, как получилось, что я остался на столько лет. Некогда было думать, — говорит он. – Практически нет выходных и празднич­ных дней. Работаю через воскресенье. То есть у меня практически два выходных дня в месяце. Такова специфика нашей работы. Трудимся посменно. Если возни­кают какие-то проблемы, форс-мажор, то и в две смены. Встаю в четыре часа утра, быстренько позавтракал, без десяти пять должен выходить из дома. На работе за­правляю машину, подготавливаю ее к вы­езду, прохожу медосмотр, сдаю анализ на наличие алкоголя в крови, беру задание и выезжаю в город часов в шесть. И до трех-четырех часов работаю. А другой раз, ког­да необходимо выйти в две смены, — с шести утра и примерно до десяти вечера». На вопрос, как семья относится к такому ре­жиму работы, отвечает: «Привыкла, куда уже деться».

Однако дело, конечно, не только в на­пряженном графике, из-за которого нет времени и сил размышлять об ином вы­боре жизненного пути. Тудор любит свою работу – даже уже после нее, идя домой, оглядывает окрестности, не лежит ли где мусор, все ли чисто. Ведь приятно, гово­рит он, когда после уборки люди проходят по чистым улицам и ничто не мешает им наслаждаться прогулкой по городу. Ког­да он об этом рассказывает, понимаешь, что его дело для него – не автоматический процесс. Подходит он к нему ответствен­но и с энтузиазмом. Потому его и удив­ляет неряшливость и пренебрежительное отношение наших жителей к своему быту и окружающим их людям. Нередко он и его коллеги сталкиваются с тем, что киши­невцы специально кидают мусор рядом с контейнером, а не в него, при том, что сто­ит бак пустой и ничто не мешает им это сделать по-человечески, по совести.

Неавторизированные парковки – еще одна головная боль для тех, кто собира­ет городской мусор. Улицы итак узкие, и машины, хаотично разместившиеся меж­ду зданиями, затрудняют работу. «Утром подъезжаешь, стоит машина перед кон­тейнером, и ты не можешь никак к нему подобраться, — рассказывает Тудор Рошка. — Бывает, дашь сигнал, чтобы убрали ма­шину в сторону и пропустили нас к баку, а в тебя летит что-то съестное — напри­мер, картошка. Яйцами могут кинуть. Да даже когда водитель машины рядом сто­ит, то есть его не надо искать, звать, он тут, он видит, что ты не можешь из-за его ав­томобиля подъехать к контейнеру, с места не двигается. Или по Миорице проехать­ся. Там шесть баков у дороги стоит. Мы по пять-шесть раз в день вывозим мусор от­туда, но только отъезжаем, они снова за­полняются. И если не знают, что мы здесь были, думают, что по месяцу мусор не уби­рается. И причем сбрасывают отходы куда попало. А сделаешь замечание, так мне один раз даже угрожали после этого. Вот такие люди. Тяжело, но мы справляемся, как ни странно».

В общем, работа у коммунальщиков нервная. И мало того, что люди, к сожале­нию, в массе своей стали неорганизован­ными и позабыли об общечеловеческих нормах поведения, так еще и подчас не­разумные решения властей создают проблемы. Например, по центру города орга­низовали специальные площадки для му­сорных контейнеров. Однако не подумали о том, что это усложняет работу тем, кто разгружает баки. Площадки находятся на возвышении и контейнеры необходимо спускать вниз, для того, чтобы подвезти к мусоровозу, а потом снова водружать на место. Это и тяжело для работников, и за­тратно, поскольку колесики на контейне­рах после таких операций быстро прихо­дят в негодность, разбиваются.

«Или дороги между домами, — продол­жает Тудор. — Построят новый дом и подъ­езд к нему и оставляют узкий заезд к кон­тейнерам, что невозможно по нему прое­хать, и приходиться на бордюр, на газон выезжать. От этого скат на машине проти­рается, а один такой стоит 9 тысяч леев. Но почему не советоваться с нами, когда стро­ят?»

Водитель с большим стажем работы се­тует и на плохие дороги. «По городу доро­ги более-менее, а вот на Заводской, куда мы в карьер свозим мусор, отвратитель­ные. Невозможно ездить по ним, яма на яме. Еще до станции перегрузки отходов можно доехать, но добираться до самой свалки очень тяжело. Директор старает­ся, ремонтирует понемногу. Но все равно дожди — и они опять становятся такими же плохими».

В профсоюзах

Тудор Рошка состоит в профсоюзе с пер­вого дня своей работы на предприятии. «У нас в хозяйстве всегда были очень хоро­шие условия. Нас не оставляли без внима­ния, помогали. Те, кто работает хорошо, не имели проблем», — говорит он.

В свое время благодаря ходатайству от профсоюзов ему удалось получить кварти­ру. «Мне написали, что я — хороший работ­ник, плюс я был избран от предприятия три созыва депутатом райсовета. Я снял­ся с общей очереди и в течение года полу­чил служебную квартиру. Это было в 1984 году. Так и остался в ней, а позже ее при­ватизировал. Также получилось и с маши­ной. Написали ходатайство от профсоюза, с ним я встал в очередь и в течение года получил машину в 1988 году».

После Тудор Рошка неоднократно на­граждался грамотами от вышестоящих инстанций, в том числе от генерально­го примара Серафима Урекяна, от отрас­левого профсоюза «Sindindcomservice», в который входит предприятие «Regia Autosalubritate».