Стоило ли правительству брать на себя ответственность?

 

 

Закон о публичных финансах и бюджетно-налоговой ответственности был при­нят с целым рядом нарушений законодательного процесса, уверен эксперт Центра по анализу и предупреждению коррупции (ЦАПК) Виорел Пырван. Этот документ был утвержден в рамках процедуры, в соответствии с которой в конце июля прави­тельство взяло на себя ответственность перед парламентом за ряд законопроектов. Документ считается органическим законом в области публичных финансов, он за­крепляет принципы, общие правила для всех компонентов национального публич­ного бюджета. Новый закон призван заменить прежнее законодательство о бюд­жетной системе и бюджетном процессе.

 

Отсутствие прозрачности

 

Во-первых, поясняет Виорел Пырван, не соблюдался принцип прозрачности. Так, проект зако­на был зарегистрирован в пар­ламенте 21.07.2014, а на пленар­ном заседании 22.07.2014 его уже приняли. В то же время Регла­мент парламента и Конституция Республики Молдова гласят, что проект закона может быть при­нят в течение 72 часов с момента представления законодательно­му форуму Постановления Пра­вительства о принятии ответс­твенности за предлагаемый за­конопроект. В конечном счете, отмечает эксперт, у гражданско­го общества не было возможнос­ти вмешаться, сформулировать свои предложения и рекоменда­ции по данному документу. Не то чтобы простой гражданин не смог высказать свое мнение, но и депутаты не успели его изучить, проанализировать, рекомендо­вать изменения. Данный про­ект также не был представлен на рассмотрение и одобрение Наци­ональной конфедерации профсоюзов Республики Молдова. В этой связи уже принятый закон уязвим с точки зрения коррупци­онных рисков, отмечает эксперт.

К тому же, по утверждениям Центра по анализу и предупреж­дению коррупции, аналогичный проект закона рассматривался парламентом и раньше. Он был выдвинут в качестве законода­тельной инициативы тоже пра­вительством, и был зарегистри­рован в парламенте в конце ок­тября 2011 года. Затем он про­шел все парламентские процеду­ры и дошел до этапа окончатель­ного чтения. Получается, что со­ответствующий документ был доработан для принятия парла­ментом. Даже были подготовле­ны рекомендации и поправки, которые поступили по его содер­жанию.

Центр по анализу и предуп­реждению коррупции пришел к выводу, что ответственность, ко­торую взяло на себя Правитель­ство Республики Молдова по но­вому проекту Закона о публич­ных финансах и бюджетно-на­логовой ответственности, была «необоснованной». Более того, исполнительный форум обвиня­ют в том, что он проигнориро­вал целый ряд норм из преды­дущего проекта, который обсуж­дался в парламенте. Хотя отде­льные нормы содержатся и в но­вом проекте правительства, они были взяты из старого документа выборочно, подытожила дирек­тор ЦАПК Галина Бостан.

Даже Конституционный суд три года назад отметил, что пра­вительство может взять на себя ответственность перед парламен­том в особых условиях, в экстрен­ных случаях. Однако Центр по анализу и предупреждению кор­рупции не выявил подобных об­стоятельств, которые случились бы в стране в последнюю декаду июля. Наряду с этим, подчерки­вает Виорел Пырван, когда пер­вый проект Закона о публичных финансах и бюджетно-налого­вой ответственности был подан в парламент, Министерство фи­нансов предупредило, что при­менение этого документа потре­бует существенных затрат бюд­жетных средств – до 20 млн евро. В то время как принятие проекта путем взятия правительством от­ветственности перед парламен­том было произведено без ука­зания затрат, связанных с внед­рением этого документа. Данный факт сказывается на качестве за­конодательного акта, принятого правительством, и делает его еще уязвимее с точки зрения корруп­ционных рисков.

 

Подрыв автономных органов публичной власти

 

Сам текст законодательно­го акта, принятого правительс­твом в срочном порядке, содер­жит множество недоработок, подчеркивают эксперты ЦАПК. К примеру, предыдущая проце­дура разработки и утверждения бюджетов учреждений, автоном­ных органов публичной власти, как то Счетная палата, Нацио­нальная комиссия по финансо­вому рынку, Совет по конкурен­ции, судебные инстанции и пр., предусматривала наличие авто­номных бюджетов, специальных статей в регламентах об их фор­мировании, а затем эти бюдже­ты становились составляющими госбюджета.

Однако, согласно Закону о публичных финансах и бюджет­но-налоговой ответственности, который был принят путем взя­тия правительством ответствен­ности перед парламентом, не ус­танавливается четкий механизм и процедуры составления бюд­жетов для указанных учрежде­ний. Другими словами, они не будут получать необходимые финансовые средства, а лишь довольствоваться тем, что решит правительство, точнее Минис­терство финансов, что скажется на степени их независимости от Исполнительного органа и даже может стать способом их подчи­нения ему.

Более того, Закон о публич­ных финансах и бюджетно-на­логовой ответственности, при­нятый правительством под свою ответственность, может также вызвать определенные разно­гласия между правительством и парламентом по вопросу о про­цедурах принятия ежегодных за­конов о бюджете. Согласно соот­ветствующему закону они при­нимаются в двух чтениях, тог­да как предусмотренная регла­ментом законодательного орга­на процедура предполагает три чтения.

 

Нарушения прав человека

 

Также законом предусмотре­но, что исполнительные доку­менты, которые касаются пос­тупления денежных средств из разделов национального бюдже­та, то есть государственного бюд­жета, бюджета государственного социального страхования и фон­дов обязательного медицинского страхования, будут исполняться только после того как решение вступит в законную силу.

В то же время, общее пра­вило, которое предусмотрено Гражданским процессуальным и Исполнительным кодексами ус­танавливает, что решение стано­вится исполнительным с момен­та его объявления окончатель­ным.

 

 

По мнению Виорела Пырва­на, сделаны исключения в слу­чаях, когда речь идет о поступ­лении некоторых денежных средств из трех компонентов на­ционального публичного бюд­жета. Более того, предусмотрен 6-месячный срок, в течение ко­торого кредитор обязан предоставить время администраторам бюджета для добровольного ис­полнения судебного решения. И только по его истечении кре­дитор может потребовать вме­шательства судебного исполнителя, что представляет собой отклонение от общего пра­вила, то есть нарушает право че­ловека на справедливый про­цесс, гарантированный Европейской конвенцией по правам человека.

 

С европейцами договариваемся об одном, другое пишем в наших законах

 

Хотя программа деятельности нынешних властей ориентирова­на на снижение числа учрежде­ний, наделенных контролирую­щими функциями, и сокращение числа проверок, говорит Виорел Пырван, принятый в срочном порядке правительством проект предусматривает расширение некоторых полномочий опреде­ленных контролирующих струк­тур, как то Финансовая инспек­ция, по отношению к частным экономическим агентам и фи­зическим лицам, многие из ко­торых совпадают с полномочи­ями Налоговой инспекции, Та­моженной службы и Генераль­ного инспектората полиции. По­мимо этого, утверждает Галина Бостан, расширение полномо­чий Финансовой инспекции про­тиворечит обязательствам, взя­тым нашей страной после под­писания Соглашения об ассоци­ации с Европейским союзом. То есть одно говорим европейцам и совсем другое пишем в наших за­конах!

В итоге, Центр по анализу и предупреждению коррупции подчеркивает 3 проблемы, по­рожденные принятием прави­тельством ответственности за Закон о публичных финансах и бюджетно-налоговой ответственности. Прежде всего, нанесен ущерб независимости публичных органов, таких как Счетная пала­та, судебные инстанции, путем их лишения автономных бюджетов. Во-вторых, это способствует диф­ференцированному отношению государства к своим гражданам, юридическим лицам с перспек­тивы исполнения судебных ре­шений. Третья проблема заклю­чается в предоставлении чрез­мерных контрольных полномо­чий такой публичной структуре как Финансовая инспекция.