20 сентября 2019
Кишинэу
Без рубрики

Легкая промышленность может исчезнуть, если власти не примут срочных мер

Loading
Без рубрики Легкая промышленность может исчезнуть, если власти не примут срочных мер
Легкая промышленность может исчезнуть, если власти не примут срочных мер

clubul-de-dialog-Rusnac

 

Начиная с этого номера мы открыва­ем «Дискуссионный клуб» и новую рубри­ку «За чашкой чая», в рамках которой мы планируем затрагивать наиболее злобод­невные вопросы профсоюзной, социально-экономической и культурной жизни. Пер­выми гостями «Дискуссионного клуба» ста­ли председатель Федерации профсоюзов ра­ботников легкой промышленности Надеж­да Руснак, председатель профсоюзного ко­митета АО «Ионел», вице-председатель фе­дерации Алла Сынку, председатель профсо­юзного комитета АО «Floare Carpet», вице-председатель федерации Владимир Данич и старший консультант Юридического де­партамента CNSM Еуджениу Ковриг.

 

«Vocea poporului»: Г-жа Руснак, для начала просим вас сделать корот­кий обзор профсоюзной деятельности в отрасли легкой промышленности.

 

Надежда Руснак: Федерация профсо­юзов работников легкой промышленности (ФПРЛП) насчитывает 13 первичных профсо­юзных организаций. Социальным партне­ром ФПРЛП является Ассоциация патрона­тов легкой промышленности (APIUS). У нас много проблем в отрасли. Все наши предпри­ятия являются частными. Единственное госу­дарственное предприятие это «Floare Carpet», в котором доля государства выставляется на продажу уже на протяжении 4-5 лет. У нас два предприятия с частным капиталом, вла­делец из Италии, есть совместное предприя­тие с владельцем из Германии, а АО «Ionel» – предприятие, приватизированное коллекти­вом. Это единственная фабрика, которая в то время передала 70% акций коллективу.

 

«VP»: Каковы отношения между ра­ботодателями и профсоюзами, как реагируют первые на инициативы профсоюзных организаций? Как вам работается с частными предприя­тиями?

 

Надежда Руснак: В APIUS зарегистри­ровано около 80 предприятий легкой про­мышленности и только в 13 из них есть пер­вичные профсоюзные организации. На этих предприятиях были профсоюзные организа­ции до приватизации. В целом, это очень се­рьезная проблема – привлечение новых чле­нов профсоюза. Я лично обращалась к патро­натам помочь нам учредить профсоюзные организации на предприятиях в рамках Ассоциации патронатов. Люди чувствуют по­требность быть защищенными, иметь соци­альный пакет, но большинство работодате­лей мне задали такой вопрос: какова мотива­ция профсоюзов создавать профсоюзные ор­ганизации?

 

«VP»: Предоставляемая профсоюза­ми юридическая защита не может служить одним из мотивов?

 

Надежда Руснак: Юридическая защи­та… В нашей стране, где правовая система на­ходится на самом низком уровне, очень слож­но защитить работника. Нужно создать 

трудо­вые трибуналы, где работник будет отстаивать свои права. Это было бы прекрасным реше­нием, но пытаться защищать работника с на­шим правосудием практически невозможно. У нас не было случаев грубого нарушения прав профсоюзников. Если они возникают, мы пы­таемся их решить на предприятии. Справля­емся благодаря компетентным председате­лям профсоюзных комитетов, с высоким бо­евым духом и которые хорошо работают. На­пример, в мун. Бэлць у нас есть очень требо­вательный председатель профсоюзной орга­низации, Нина Дутко. В прошлом году, ког­да зарплату задержали на пять дней, состоя­лась 30-минутная акция протеста на рабочем месте. Участвовал весь коллектив. В результа­те работодатель выплатил по 200 леев каждо­му работнику за задержку зарплаты.

 

«VP»: Чем завершился широко осве­щенный конфликт в Бэлць?

 

Надежда Руснак: Тогда была сложная си­туация. Работники, вынужденные работать в жару при очень высокой температуре, не вы­держали и в 15.00 ушли домой. Работодатель не создал им рабочих условий. Пришел даже ин­спектор труда, который решил вопрос в поль­зу работников. На некоторых предприяти­ях отрасли вентиляционные системы не меня­лись более 70 лет, с самого их открытия. Сегод­ня практически на всех предприятиях вентиля­ционные системы были заменены на новые.

Алла Сынку: Проблема решилась, хотя для этого потребовалась значительная сумма денег на необходимое оборудование. Условия труда в летнее время уже нормальные. Трудиться при 50 градусах, а это очень высокая температура на месте работы, непросто даже для тех, у кого железное здоровье. У нас на предприятии уже во всех швейных цехах установлены кондици­онеры.

 

«VP»: В целом, с какими проблемами вы сталкиваетесь на предприятиях, по месту работы? В чем нуждают­ся профсоюзники, которых вы пред­ставляете?

 

Алла Сынку: На протяжении последних лет мы уделяем особое внимание улучшению условий труда персонала. Проведена теплои­золяция стен на швейной фабрике «Ionel», да и на других предприятиях, чтобы было тепло в зимнее время. Были заменены окна, во всех це­хах выполнен ремонт.

Чтобы обеспечить работникам стимулы, им выплачивают надбавку за транспортные рас­ходы (13 леев в день) и надбавку на расходы, связанные с питанием (10 леев в день). Такие доплаты предусмотрены в коллективном тру­довом договоре.

Владимир Данич: Ясно, что на предпри­ятии «Floare Carpet», раз мы предприятие, где доля государства существенная, условия тру­да нормальные. Проведен ремонт в цехах, мы построили собственную котельную, у нас есть коллективный трудовой договор, который мы каждый год обновляем. Предложения, посту­пающие от работников, представляются профсоюзному комитету, затем по ним проводятся переговоры с администрацией. В перегово­рах принимают участие по пять представите­лей работников и руководства. Все проблемы рассматриваются, пока не достигается консен­суса. На предприятии работают 386 человек, из них 375 состоят в профсоюзе.

 

«VP»: А как решается у вас проблема выплаты зарплат «в конвертах»?

 

Владимир Данич: У нас с этим очень строго, не существует никакой двойной бухгал­терии – все прозрачно.

Надежда Руснак: Увы, нам приходится сталкиваться с таким явлением как нелегаль­ная занятость. В легкой промышленности ощу­щается огромный дефицит рабочей силы. По­рой у нас есть договоры, но нет квалифици­рованных людей. К примеру, в прошлом году около 600 учащихся проходили производ­ственную практику на фабрике «Ionel», одна­ко только шесть остались там работать. Они постигают азы профессии на наших предприя­тиях, которые располагают современными тех­нологиями, затем уходят в теневую экономику. Когда зарплата «в конверте» хотя бы немного выше, человек не задумывается о завтрашнем дне. Это серьезная проблема. Будь государство заинтересовано в разработке более гибкой си­стемы налогообложения для малых предприя­тий, думаю, тогда удалось бы найти взаимовы­годное решение.

Алла Сынку: На предприятии существу­ет сдельная оплата труда. Так, заработная пла­та зависит от производительности труда: тебе платят за то, сколько ты сделал. Сейчас сту­денты Технологического колледжа находят­ся у нас на практике – по четыре часа в день. Наши рабочие трудятся по восемь часов. Пол­дня слишком мало для того, чтобы конкрет­ный учащийся что-то выучил и прилагал уси­лия для наращивания собственной произво­дительности труда. Из зарплаты учащихся по­ловину положено перечислять колледжу, а остальное получит учащейся. У нас заключены договоры с профессиональными училищами. Мы прибегли еще к одной мере во взаимодей­ствии с училищем №8. У нас в ведении есть об­щежитие. Каждый год мы заселяем в наше об­щежитие около 100 студентов, чтобы учащиеся профессионального училища проходили прак­тику у нас, а желающие оставались здесь ра­ботать. Мы сотрудничаем и с профессиональ­ными училищами из провинции. Возникает еще одна проблема, но она естественная: наши коллективы преимущественно женские. С 1 ян­варя 2016 года порядка 125 женщин ушли в ма­теринские отпуска, а их места остаются вакант­ными. Каждую неделю озвучивается цифра тех, кто приходит трудоустраиваться. Мы при­нимаем на работу не только учащихся профу­чилищ, но и тех, кто обращается к нам в инди­видуальном порядке. Вместе с тем, молодежь не горит особым желанием работать в легкой промышленности. Средняя зарплата на пред­приятии составляет порядка 5000 леев и, каза­лось бы, все в порядке. Если выполняешь план, то кроме оклада полагается и премия – в зави­симости от выполнения плана. И, тем не ме­нее, рабочих рук нам не хватает.

Надежда Руснак: По поводу зарплаты хочу добавить, что мы работаем с иностранны­ми инвесторами. Это означает дешевую рабо­чую силу. У нас нет защиты государства по це­нам. Каждый договаривается, как может. Я го­ворю сейчас и о теневой экономике. Приходит один переговорщик, он выставляет цену. Мы платим все налоги, понятно, что расходы вы­сокие, но инвестора это не интересует. Он по­ворачивается и идет на другое предприятие, которое работает «в тени». Ему цена подходит. Недавно говорила с директором, который при­знался, что иногда соглашается на контракты с практически нулевой прибылью, лишь бы со­хранить коллектив. Из-за экономической и по­литической ситуации в стране, инвесторы ухо­дят. Предприятия остаются без работы. В Ми­нистерстве экономики нет представителя, ко­торый бы специализировался именно на этом сегменте промышленности. Когда-то в Молдо­ве легкая промышленность была основой эко­номики. Чтобы поднять уровень промышлен­ности, в частности легкой, нужно продвигать финансовую политику именно для тех, кто ра­ботает с иностранными инвесторами, откры­вать кредитные линии с низкой процентной ставкой, устанавливать гибкое налогообложе­ние.

 

«VP»: Когда у предприятия нет за­казов, работники получают зарпла­ты?

 

Надежда Руснак: Существует техничес-кий простой, он оплачивается в размере 20%, но честно вам скажу, не все могут позволить себе платить. К примеру, АО «Zorile», в отсут­ствии заказов, отправляет работников в еже­годный отпуск, может рекомендовать трудя­щимся идти на другие предприятия, где есть потребность в рабочей силе, заключать вре­менные трудовые договоры.

Мы, профсоюзы, добились в соответствии со ст. 126 Трудового кодекса, что мамы могут си­деть дома с детьми в возрасте от трех до шести лет с сохранением рабочего места, однако для предприятия сейчас это не выгодно. Мамы на­ходятся в отпуске, получают пособия, но идут в теневую экономику и получают зарплаты «в конвертах», без заключения трудовых догово­ров, или же уезжают за рубеж, и после этого не возвращаются.

 

«VP»: Как вам удается сделать так, чтобы и волки были сыты и овцы целы при обсуждении и подписании коллективного соглашения?

 

Надежда Руснак: У нас есть соглашение на уровне отрасли. Когда мы заключали соглаше­ние с социальными партнерами (APIUS), то на­стояли, чтобы на каждом предприятии заклю­чались коллективные трудовые договоры, в за­висимости от реальной экономической ситуа­ции. У нас очень хорошие льготы в коллектив­ных трудовых договорах на всех предприяти­ях. К примеру, в Унгень в случае смерти работ­ника, родственники получают 100 тыс. леев. К пенсии каждый пенсионер получает дополни­тельно 1000 леев. Есть надбавки на питание, на транспортные расходы. На каждом предприя­тии есть свои положительные моменты.

Алла Сынку: Все имеющиеся на предпри­ятиях льготы действуют для членов профсоюза и не только для них. Изменения, которые вно­сятся в настоящее время  в Трудовой кодекс, ясно говорят о том, что коллективный трудо­вой договор распространяется на работников, которые уполномочили своих представителей принимать участие в коллективных перегово­рах, разрабатывать и заключать коллективный трудовой договор от их имени.

Еуджениу Ковриг: Хотелось бы тут уточ­нить, не распространяется только на членов профсоюза, но и на всех работников, которые выдвинули своих представителей для проведе­ния переговоров по коллективному трудовому договору. Представителями могут быть проф-союзы или другие структуры.

 

«VP»: Некоторые профсоюзные ли­деры жалуются, что получают зар­плату от работодателя и им не хва­тает смелости бороться против него…

 

Владимир Данич: Я только председатель. Зарплату получаю за счет профсоюзных взно­сов. Председатель силен тогда, когда ощуща­ет поддержку коллектива. Стопроцентно неза­висимый председатель – только красивые сло­ва. Если нет взаимовыгодного сотрудничества с работодателем, работа не идет. Профсоюз си­лен тогда, когда силен финансово. С некоторы­ми проблемами работник обращается к дирек­тору и тот говорит, что у него есть профсоюз.

Надежда Руснак: Отношение между ра­ботодателем и работником во многом зависит от председателя профсоюзного комитета. Все вопросы о трудовых отношениях решаются на уровне предприятия. У нас есть только один председатель, который частично получает зар­плату от работодателя.

 

«VP»: Отношения между работода­телем и работником, профсоюзом, в конечном счете, это те же межлич­ностные отношения, то есть отно­шения между людьми с разным ха­рактером, разным темпераментом, разным уровнем культуры. Давайте представим такую ситуацию, как в фильме, хотя порой в жизни быва­ет круче, чем в кино. Речь идет о хо­рошем работнике, отличном специ­алисте, коллеги его уважают, он об­ладает харизмой, но есть у него и недостатки, язык у него слишком острый, он даже начальнику может выложить начистоту то, что ду­мает по тому или другому поводу. Работодатель хочет избавиться от него: отравляет ему жизнь, лиша­ет премий, выносит строгие выгово­ры… Какую позицию займет в таком случае профсоюз, юрист?

 

Еуджениу Ковриг: Что касается недос-татков, которыми грешат иной раз отдель­ные профсоюзные лидеры, такие что им па­лец в рот не клади… Как показывает практика, профсоюзный лидер или профсоюзный ак­тивист позволяет себе выкладывать начисто­ту то, что он думает, лишь в той мере, в кото­рой пользуется поддержкой тыла. Профсоюз­ник, осознающий все преимущества членства в профсоюзах, понимающий, что пользуется определенной защитой в том, что касается сво­его увольнения, выдвинутых требований, разу­меется будет проявлять больше смелости в сво­их отношениях с работодателем. А пока мы бу­дем сводить все к помощи, либо к подаркам, естественно, роль профсоюза представляется преимущественно формальной.

Владимир Данич: Прерогатива профсою­за состоит не в предоставлении материальной помощи или подарков. Существуют более се­рьезные вещи. Хотим мы того или нет, но про­блемы надо решать сообща с работодателем, мирным путем. Чтобы быть сильным профсо­юзным лидером, надо обладать немалым опы­том, надо уметь вести переговоры с работника­ми и с работодателем, нужно уметь выполнять данные обещания. У нас на предприятии сло­жились определенные традиции, которые мы чтим, у нас организуются встречи с ветерана­ми войны и с ветеранами труда. По праздни­кам сообща с администрацией мы предостав­ляем работникам подарки. По случаю 1 сентя­бря выплачивается материальная помощь тем работникам, у которых дети пошли в первый класс, к отпускам предоставляется материаль­ная помощь и т. д.

Еуджениу Ковриг: Расскажу вам о недав­нем случае. Речь идет о доме престарелых. По итогам проверок, проведенных Государствен­ной инспекцией труда, работодатель получил предписание изменить график работы. Однако этот график с самого начала обговорили в ходе переговоров с работниками, с профсоюзом. Ра­ботодатель заявил, что у него есть предписание инспекции и что ему выгодно изменить график работы. Они не согласились. Лидер сказал, что не в состоянии убедить всех. Работники под­держали профсоюзного лидера и предложили ему помочь повлиять на работодателя. Все они подписали заявления об отставке – всем кол­лективом. Под давлением работодатель согла­сился на вариант, о котором договорились вна­чале в ходе переговоров. Я привел вам пример того, каким образом коллектив может повли­ять на лидера, убедить его выстоять под давле­нием работодателя.

 

«VP»: Забастовки могут служить решением проблемы?

 

Владимир Данич: Нам не хочется, что­бы в трудовых коллективах проводились за-бастовки, коллектив следует обеспечивать объ­емом работы, чтобы он трудился. Забастовки не помогают решать проблему положитель­но и быстро. Забастовка не служит решением проблемы.

Алла Сынку: Мне повезло, что оба ди­ректора, с которыми мне довелось работать, в свое время возглавляли профсоюзные комите­ты. Они отлично знают мою работу в качестве председателя. Мы получаем зарплату своевре­менно, задержек нет, выплачиваются и аван­сы. Однако положение усложняется, так как мы работаем с иностранными фирмами: 80% производимого объема – заказы иностранных фирм. Принимая во внимание экономичес-кую, финансовую и политическую ситуацию в Молдове, все пристально следят за Кишине­вом. Они смотрят, как обстоят дела, и некото­рые фирмы уже сказали нам, что в марте сни­зят объемы, от других предприятий ушли не­которые инвесторы. Делается все возможное, чтобы обеспечить персонал объемом работы. Вместе с тем, мы зависим и от нашего прави­тельства, и от политиков. И не зря профсою­зы призывают к диалогу. Если не будет диало­га, то легкая промышленность может практи-чески исчезнуть.
В «Дискуссионном клубе» от редакции га­зеты «Vocea poporului» участвовали Анже­ла Кику, Илие Лупан, Анатол Фишер, Влад Логин, Наталья Хадыркэ, Григоре Брынзэ, Елена Кодряну.

 

  
По теме
Читайте нас в Facebook
Комментарии
0
Обсудить
Читайте также
HTML Snippets Powered By : XYZScripts.com